Ханака

Ансамбли

Простейшее ансамблевое сочетание дают два смежно расположенных, взаимосвязанных монументальных сооружения. По этому принципу, к примеру, были воздвигнуты во втором десятилетии 16 века медресе Шейбанихана и Михр-Султан-ханым (Медресе-хан и Ханийя) близ самаркандского Чарсу.

«Громадные, как египетские пирамиды, схожие, как близнецы, радующие сердце, как две щеки возлюбленной»,— так характеризует их современник. Они были объединены общим монументальным пештаком и, по существу, введены в комплекс той величавой застройки, которая тянулась от Регистана до ворот Аханин.

Особенно распространен был в архитектуре 16-17 веков ансамбль кош: два противолежащих на общей оси разделенных неширокой улицей здания — таков этот простейший, давно сложившийся в архитектуре Средней Азии ансамбль. Чаще всего одно из зданий возникает как повтор к уже существовавшему более раннему (Кошмедресе, медресе Абдалазисхана и Улугбека в Бухаре).

Противостояние на единой оси двух пештаков и равновесных параллельных фасадных плоскостей определяют основной композиционный прием; объемы зданий теряются в застройке квартала. Порой улочка между двумя зданиями расширяется до пределов небольшой внутриквартальной площади.

Так, мечеть Калян и медресе Мири-Араб стоят в позиции кош, но между ними площадка, карманом отходящая от смежной базарной улицы. Древний минарет Калян входит в ансамбль, как некий вертикальный знак, усиливающий высотное построение объемов двух монументальных пештаков.

Наиболее развитую композицию являет площадь, обстроенная с трех сторон. Уже не два, а три монументальных здания дают ее архитектурное оформление. Таковы ансамбли Регистан в Самарканде и Ляби-Хауз в Бухаре. Однако, хотя прием как будто был един, решения в них отличны.

Регистан в Самарканде

Регистан был радикально перестроен в 17 веке и стал совсем иным, чем Регистан, сложившийся при Улугбеке. Но именно в этом виде он дошел до наших дней. Из зданий тимуридского времени осталось лишь медресе Улугбека, в то время как на месте былой ханаки появилось медресе Шир-дор, а взамен каравансарая Мирзои — мечеть-медресе Тилля-Кари. Постройки, располагавшиеся с южной стороны, к этому времени уже пришли в упадок, мечеть Алике Кукельташа была разобрана на кирпич.

Отныне именно парадные фасады трех медресе (из которых два — Улугбека и Шир-дор — зеркально повторяли единую фасадную композицию) давали архитектурное окаймление обширной площади. Взаимное равновесие зданий, величие и строгая архитектоничность форм, богатство и разнообразие декора придавали необычайную торжественность всему ансамблю. Вместе с тем сама площадь активно включается в композицию, определяя направление основных осей и пространственную связь построек.

Ансамбль Ляби Хауз в Бухаре

Если на Регистане главным организующим началом служит площадь, то здесь композиционным центром служит именно хауз, обсаженный зеленью, на осях которого лежат медресе и ханака Надира диван-биги (17 в.), а длинную сторону замыкает фасад более раннего медресе Кукельташ.

В постройках нет того равновесия и масштабной соразмерности по отношению к разделяющей их пространственной среде, которые присущи Регистану, но осевая взаимосвязь, поддержанная зеркалом огромного хауза, здесь вполне очевидна.

Ансамбль Чор-Бакр

Несколько особняком стоят монументальные кладбищенские ансамбли 16-17 веков. Специфику их составляет процесс постоянной, непрерывной эволюции в связи с появлением все новых погребений, все новых мемориальных и культовых сооружений.

Чор -Бакр — один из самых выразительных образцов архитектурно-живописного ансамбля с Средней Азии 16 столетия. Возникновение культового некрополя в местности Сумитан возле почитаемой могилы Абу-Бакра Саада восходит еще к эпохе Саманидов, когда, по свидетельству современника, здесь высились «красивые михрабы и минбары». При Шейбанидах Сумитан входил во владения шейхов Джуйбари, влияние которых в политической и духовной жизни Бухары было огромно.

Как дар могущественным шейхам здесь в 1560—1563 годах по распоряжению Абдуллахана возводятся мечеть, медресе и ханака. До этого и позднее на обширной территории Чар-Бакра воздвигаются группы фамильных усыпальниц в виде прямоугольных оградок с привратными сооружениями и заключенными внутри надгробиями. Эта своеобразная лавра имеет обширные и узкие аллеи и род центральной площади, на которую открыты три названных монументальных здания.

Последние взаимосвязаны друг с другом, П-образно обрамляя небольшую площадку, которую на открытой стороне композиционно закрепляет небольшой минарет. Сама комбинация зданий необычна — мечеть, ханака и медресе воспринимаются как единый архитектурный организм. Двор медресе не замкнут, как это принято, но открыт. Мечеть же и ханака воспринимаются не фронтально, но в просгранственной среде, их боковые фасады участвуют в архитектурной организации не менее активно, чем главные.

К сказанному следует добавить, что в процессе строительства главных зданий к северу от мазара был разбит по распоряжению Абдуллахана сад. С четырех сторон сада были посажены плодовые и другие деревья, как, например, тополи, ивы, можжевельник, чинары, виноград и розы; среди плодовых деревьев были персиковые, яблони и груши.

От ворот города до сада на расстоянии приблизительно одного фарсаха с обеих сторон провели по два арыка, а по бокам арыков посадили деревья, чтобы Абдуллахан, направляясь туда или обратно, все время находился в тени». Таким образом, застройка Чор-Бакра органически сочеталась с регулярным архитектурным садом типа чарбага, а зеленая обводненная нить аллеи-хиабана связывала знаменитый некрополь с Бухарой.

Архитектурные ансамбли Узбекистана 16-17 веков являют бесценный вклад зодчих Средней Азии в архитектуру Среднего Востока, иллюстрируя последний взлет феодального зодчества, развитию которого положен был конец социально-экономическим кризисом, в 17 столетии охватившим всю страну.

 

Автор: Г. Пугаченкова. «Зодчество Центральной Азии, 15 век».